По дороге к высокой башне. Часть третья [СИ] - Олег Юрьевич Будилов

Пока я обдумывал различные способы нападения на дворец, взгляд мой неожиданно упал на маленький бочонок, принесенный Пошуном от мастера огня. Расплачиваясь за магические жезлы, колдун не поскупился и отсыпал порошка с лихвой. А не взять ли бочонок с собой и не взорвать ли ворота, ведущие из канализации в королевский дворец? А может быть вообще, подорвать замок? Интересно сколько для этого понадобиться порошка? Я попытался прикинуть в уме, но у меня ничего не вышло. Я даже не был уверен в том, что сам мастер огня смог бы рассчитать нужное количество. Но ведь подорвали же колдуны часть степного войска во время последней великой битвы. А чем я хуже? Конечно, столько магического порошка мне не добыть, да и доставить его в канализацию будет непросто, но воспоминания о страшном взрыве, разметавшем вражескую конницу много лет назад, не давало мне покоя.

«Если взорвать замок, с Мароном наверняка будет покончено, — радостно подумал я и тут же сам себя осадил: — А также с сотней ни в чем не повинных людей, которые окажутся поблизости. Слуги, наложницы, охрана и придворные все погибнут в огне ради того, чтобы я смог отомстить королю.

Если я совершу подобное преступление, то точно стану достоин своего кровожадного прозвища».

Я даже глаза зажмурил от стыда, когда представил, что обо мне скажут люди.

И все-таки отказываться от хорошей идеи мне не хотелось. Огненный смерч помог бы мне осуществить кровавый замысел. Используя магию, я могу добиться желаемого и сохранить жизнь верных мне людей.

Беспокойные мысли унесли меня в те времена, когда я учился обращению с магическим жезлом у мастера Гирона. Молодой колдун много рассказывал о чудесных свойствах порошка и о том, как великие воины применяли его в бою. Я вспомнил уютный дом юного мастера, зажженную свечу и нас склонившихся над верстаком, на котором лежал разобранный на части жезл.

— В старинных легендах говориться о том, как Ситон Огнеборец низверг хана Юдлана пылающим шаром, — говорил Гирон, протирая промасленной тряпочкой какую-то деталь.

— Ты имеешь в виду колдовскую молнию? — не понял я.

— В том-то и дело, что нет. Поговаривают, что Ситон бросал в кочевников глиняные шары, заполненные магическим порошком.

— Как это возможно? — еще больше удивился я.

Гирон отложил железку и вытер руки чистой холстиной.

— Мой учитель Гигон Удачливый полагал, что, если засыпать немного порошка в глиняный кувшин, закрепить в нем фитиль и поджечь, может произойти взрыв.

— Такой, как я видел во время Великой битвы?! — выпалил я.

— Ну, конечно не такой сильный, — смутился молодой колдун, — но тоже порядочный.

В свое время я в подробностях рассказал Гирону все, что видел на поле боя. К моему удивлению он не смог объяснить, что там произошло, потому что никогда прежде не сталкивался с подобными вещами.

— Ну, ты же колдун, — упрекнул я его тогда.

— Мастер, — поправил меня юноша, — мастер маленького городка расположенного на краю мира. Не думаешь же ты, что мне известны все магические тайны. Даже живущие в столице мудрецы не знают всего на свете.

И вот неожиданно мы вернулись к этому разговору.

— Вообще-то я давно хотел попробовать соорудить что-нибудь подобное, — признался Гирон, — вот только одному было боязно испытывать.

— Так давай я тебе помогу, — с жаром вызвался я.

Благодаря стараниям молодого мастера первый страх перед магией у меня прошел и теперь я готов был изучать ее до бесконечности.

— Ну, вот завтра пойдем учиться стрелять, — вздохнул Гирон, — и попробуем заодно.

Утром мы отправились на дальнюю поляну, на которой колдун испытывал жезлы и учил неумех вроде меня пользоваться священными артефактами. В этот раз он не стал вывешивать мишень, а прямо при мне принялся мастерить огненный припас. Специально для этого он захватил из дома несколько маленьких кувшинов. Насыпав в один немного магического порошка, он просунул в горлышко фитиль и замазал отверстие воском.

— Готово, — сказал он, — пробуем?

Я согласно кивнул головой.

Гирон отнес кувшинчик на край поляны, поджег фитиль и бегом вернулся ко мне. Сначала ничего не произошло. Кусок фитиля был длинноват, поэтому долго горел. Наконец в траве полыхнуло, кувшинчик лопнул, но не взорвался.

— Мало порошка, — задумчиво предположил Гирон и достал из сумки вторую заготовку.

— А почему такой фитиль длинный, — недовольным тоном спросил я, — так долго тлеет, что я едва не заснул.

Признаться, от нашего опыта я ожидал большего. Стоило все это затевать ради простого «пшика».

— Чем короче фитиль, тем быстрее взорвется, — пояснил Гирон и постучал по лбу грязным пальцем давая понять, что я не самый умный человек на свете, — я пока не собираюсь на сверкающие вершины и тебе не советую. Длинный фитиль нужен для того, чтобы успеть до взрыва отбежать подальше.

Мне стало стыдно за свою глупость, поэтому больше я ничего говорить не стал и принялся внимательно следить за действиями колдуна.

В этот раз Гирон порошка не жалел. Он опять отнес припас под деревья, поджег фитиль и со всех ног бросился ко мне. То ли он слишком укоротил фитиль, то ли просто что-то пошло не так, но не успел молодой маг добежать до середины поляны, как сзади громыхнуло, осколки разлетевшегося на мелкие осколки кувшина, словно ножом срезали ветки ближайших кустов, а сам Гирон подхваченный колдовским ветром пролетел оставшееся расстояние и упал прямо передо мной в траву.

— Ты живой? — в ужасе спросил я, склонившись над колдуном.

К счастью крови нигде не было видно.

— Да, — закряхтел Гирон, — помоги встать.

Я бросился поднимать молодого мага.

Постанывая и ругаясь, он поднялся и застыл, опираясь на мое плечо.

— У тебя болит что-нибудь? — спросил я.

— У меня болит все, — проворчал Гирон.

— Почему так громыхнуло? — не унимался я.

— Порошка переложил.

Больше мы пробовать опасный припас не стали. По словам колдуна, нам здорово повезло, что осколки кувшина ушли в сторону и нас не задели.

— А представляешь, что было бы положи мы внутрь железные кругляши или камни? — восторженно спросил меня Гирон, когда мы возвращались обратно в город.

— Думаешь, разрушений было бы больше?

— Конечно, — глаза мастера сияли, — это, как, если бы одновременно во все стороны пальнули десятки жезлов.

— Тогда нас бы точно убило, — авторитетно заявил я.

Всю оставшуюся дорогу мы почти не разговаривали, находясь под впечатлением от пережитого.

Очнувшись от